Солнечное затмение



Номинант конкурса

Солнечное затмение

Солнечное затмение
Дополнительно

Лиханов А. Солнечное затмение : повесть / А. Лиханов (любое издание)

                В жизни Фёдора хватало расстройств и переживаний: и двойки получал часто, и в драки ввязывался, за что доставалось от родителей. Но всё это было ничто в сравнении с главной его бедой – чувством стыда за отца. В пивнушке возле дома каждый вечер собиралась компания подвыпивших мужчин. Присоединялся к ним и Федин отец. Звали его Джоном Ивановичем. Ни над кем в округе так не издевались, как над ним, называя то «американцем», то «дядей Сэмом». Фёдор привык быть один, друзей не заводил, чтобы не пришлось кому-то говорить: «Это мой отец».

               Но было у Феди увлечение – голуби. Во дворе дома была его голубятня, которая требовала ремонта. Каждое утро мальчишка навещал своих питомцев: кормил, выпускал их в небо, чистил клетку, а также пилил и строгал. Однажды Фёдор заметил в окне напротив голубятни девичье лицо. Кто-то наблюдал за ним из-за занавески.

               «Но в этом окошке никогда никаких девчонок не было, тут жили двое, муж и жена… Но девчонка? Фёдор легонько свистнул. Штора не шевелилась. “Может ветер? – подумал он, но себя же перебил: – А вчера?”

               – Алё, – не крикнул, а сказал он. – Э, девушка!

               За шторой было тихо. “Может, случайно кто к ним заходил?”

               Он достал рубанок и принялся строгать доску, изредка поглядывая на окно. Нет, там никого не было. И всё же что-то притягивало его к окну. Он отложил рубанок – ему пришла в голову забавная мысль.

               – Девушка, – сказал он, – я знаю, что вы смотрите на меня. Зачем? – Было тихо. – Зачем сквозь штору? Можно ведь и так. – Никто не откликался. – А я вот сейчас, – поднимусь по водосточке и увижу, есть вы или нет.

               Он застучал ботинками, открыл голубятню, спустился на землю, стряхнул стружку и вновь поглядел на окно.

               Штора была раздвинута, и на него смотрела девчонка. У Фёдора сразу сердце оборвалось – какая она красивая была, белолицая, пшеничная коса солнышком вокруг головы уложена.

               – Ну вот, – сказал он растерянно, – я же говорил.

               – Что говорил? – спросила она.

               – Что вы есть.

               – Ну есть, – сказала она. – Дальше что?

               Он смущённо пожал плечами.

               – Не знаю. Есть – и всё».

               Девушку звали Лена. По вечерам Фёдор видел в этом окне тёплый свет за шторами, слышал смех и думал:

               «Вот живут люди, и всё у них хорошо, всё нормально. Отец, и мать, и дочка сидят, наверное, за столом, пьют чай и шутят. А мои…»

               А потом Фёдор узнал, что Лена больна и может передвигаться только в инвалидной коляске…